| ||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
Посошков Иван Тихонович(1652 – 1726)
Родился в крестьянской семье. Был обучен грамоте, различным ремеслам: монетному, пушкарному и строительному делу, вел в Новгороде широкую предпринимательскую деятельность. В 1697 г. имел личную аудиенцию у Петра I, стал членом его «Ученой дружины», сторонником проводимых им преобразований. Перу Посошкова принадлежит, помимо прочего, ряд проектов и социально-экономических сочинений: «О денежном деле» (1699–1700), «О ратном поведении» (1700–1701), «О новоначинающихся деньгах» (1708) и др.; в 1724 г. он завершил свой главный труд – «Книгу о скудости и богатстве». В своих экономических взглядах Посошков, с одной стороны, является продолжателем хозяйственной традиции Древней Руси, выраженной в «Домострое» и практической жизни общин и артелей, а с другой, принимает и многие новшества. Из основополагающих ценностей Древней Руси он принимает почти все. Прежде всего идею домостроительства (экономики, хозяйства), цель которого, по его мнению, – в достижении изобильного богатства, то есть определенного достатка человеческих вещественных и невещественных благ. Источником богатства является только труд. Изобильное богатство понимается им не как средство к роскошной жизни, а как средство обеспечения некоторого достатка для прокормления своей семьи, церковного богослужения и выплаты царских налогов. Изобильное богатство может быть очень скромным, и дело совсем не в величине его, а в том, что каждый человек должен обязательно трудиться, приносить «прибыток». Трудом создается «всенародное богатство», состоящее из «домовых внутренних богатств». Некоторые «избытки» во «внутреннем домовом хозяйстве» предполагают продажу их вне хозяйства. Посошков стоял на позициях регулирования внешнеторговой деятельности в сторону таможенного ограничения вывоза за границу сырья. Он полагал, что продавать надо преимущественно готовые продукты. Ученый стоял за независимость русского хозяйства от иностранного рынка, предлагая использовать для этого таможенную политику, содействующую росту российской промышленности и созданию производств, продукты которых тогда закупались за границей. За рубежом следует покупать только то, чего нельзя сделать в России. Во времена Посошкова крестьяне составляли не менее 95% всего населения страны. От их «изобильного богатства» (т.е. богатства, дающего «избыток» для дальнейшего роста и формирования запасов) зависело русское царство. «Крестьянское богатство, – говорил Посошков, – царственное, а нищета – крестьянское оскудение царственное». Крестьянский экономист считал крестьян такими же землевладельцами, как и помещиков. «Под всеми ими земля вековая царева, а помещикам дается ради пропитания на время». Земля, которую обрабатывают крестьяне, принадлежит им по обычному праву ее распределения и перераспределения, регулируется общиною. Для осуществления справедливого землевладения, по мнению Посошкова, нужно ввести всеобщий поземельный налог не только с крестьян, но и с других «чинов». ВЫСКАЗЫВАНИЯ ПОСОШКОВА:Я сему велми удивляюсь, что в российском царстве премногое множество помещиков богатых и судейством владеющих, а того не могут зделать, чтоб, собравшись, посоветовать и уложить, что то крестьянской двор имяновать или пол двора или четверть двора и по чему бы разуметь целой двор или без четверти или с четвертью двор. В Москве в посадских слободах, аще и мужики живут, обаче у них разумно учинено: кто на целом дворе живет, тот и с целого двора и платит, а кто на полудворе иль на четверти, то с того и тягло платит. А у крестьян писцы и перепищики ворота числят двором, хотя одна изба на дворе, хотя изб пять-шесть или десять, а пишут двором же. И то стал быть не разум, но самое безумство и всесовершенная неправда и убогим и маломочным обида и разорение. По здравому разсуждению надлежит крестьянскому двору положить рассмотрение не по воротам, ни по дымам изъбным, но по владению земли и по засеву хлеба на том ево владенье. По моему мнению, аще у коего крестьянина написать целым двором, то надобно ему земли дать мерою только, чтобы ему мочно было на всякой год высеять ржи четыре четверти, а яроваго осмь четвертей, а сена накосить ему про себя дватцать копен. А буде коему крестьянину отъведено земли, что и четверти ржи на ней не высеет, то того двора и четвертью двора не надлежит написать, но разве шестою долею двора. И тако всякому крестьянину числить двора по количеству земли надлежит. Реклама
|
![]()
|
|